
Проверки в социальных сетях, внедренные в Австралии после того, как страна запретила их использование подростками до 16 лет, показали крайне низкую эффективность, согласно исследованию Университета Ньюкасла. В работе, опубликованной в журнале British Medical Journal, были опрошены участники в возрасте от 12 до 17 лет до введения закона и спустя три месяца после него. Исследователи сфокусировались на использовании подростками TikTok, X, Facebook, Instagram, YouTube и Snapchat.
Основываясь на собранных данных, более 85 процентов подростков младше 16 лет продолжили пользоваться этими социальными сетями, несмотря на то что две трети из них столкнулись с проверкой возраста. Примерно 54–68 процентов респондентов до 16 лет просто продолжали пользоваться своими аккаунтами. Как именно? Самым распространенным способом проверки возраста, с которым столкнулись австралийские подростки, было самостоятельное указание своего возраста — метод, который критикуется властями как внутри страны, так и в других государствах, рассматривающих принятие аналогичного закона, из-за его ограниченной эффективности. Среди опрошенных от 24 до 39 процентов столкнулись с проверкой через самостоятельное указание возраста, в то время как 13–27 процентов прошли проверку, загрузив селфи.
Тем не менее, исследование также показало, что подростки находили и другие способы продолжать пользоваться социальными сетями. Около 15–19 процентов респондентов сообщили, что использовали фейковые аккаунты для доступа к платформам, а 9–29 процентов заявили, что заходили в соцсети через учетные записи других людей. Примерно 11 процентов подростков отметили, что использовали приватные браузеры для обхода ограничений. Очень немногие подростки сообщили об использовании VPN.
В целом исследование показало, что уровень использования социальных сетей среди детей 12–13 лет остался прежним после вступления закона в силу. Он снизился среди 14–15-летних, однако вырос среди респондентов старше 16 лет.
Хотя исследователи признают, что прошло еще слишком мало времени, размер выборки был невелик и основывался на самоотчетах, в сопроводительной редакционной статье к исследованию подчеркивается, что полученные результаты — это первые сигналы, за которыми стоит следить.
«Эти цифры в совокупности описывают частично реализованную политику, в которой механизм, призванный ограничить доступ, не был надежно активирован», — заявила доктор Амрит Каур Пурба, доцент факультета общественного здравоохранения и политики Лондонской школы гигиены и тропической медицины. — «Опыт Австралии показывает, что принятие законодательного ограничения — это не то же самое, что его обеспечение: когда подтверждение возраста полагалось на самодекларацию, большинство подростков продолжали получать доступ к заблокированным платформам. Странам, принимающим сейчас аналогичные меры — включая Великобританию, которая обязалась ввести подобные ограничения и поручила своему регулятору определить эффективные способы проверки возраста до начала внедрения, — потребуются эти механизмы с самого начала, а не после того, как способы обхода станут повсеместными. Поскольку правительства по всей Европе, Северной Америке и других регионах рассматривают похожие подходы, опыт Австралии предполагает, что реализация может быть так же важна, как и само законодательство, и этот урок может оказаться столь же значимым, как и любой главный вывод исследования».














